Поэзия женщин.

Здесь — стихи поэтесс: известных и не очень, классических и современных. Почему «Поэзия женщин», а не просто «Поэзия»? Потому что женский взгляд на мир — особый. Эта тема о том, как женщина говорит с миром стихами.

 

[Aramis]

Синий кувшин

Лишь тень скользнет по вершинам

у тьмы и света на стыке,

пойду я с синим кувшином

собрать последние блики.


Вода у тропки отвесной

своею гладью покорной

поймает отсвет небесный,

поймает отсвет озерный.


Волна замедлит движенье,

последний луч обнаружив,

и я коснусь отраженья —

прозрачных шелковых кружев.


И пепельный свет прощальный

навесит пóлог обманный,

печали сделав печальней,

туманы сделав туманней.


А там и тьма заклубится,

чтоб мир из шелка и света,

и то, что снилось и снится,

и даже кружево это,


наполнясь жизнью иною,

исчезли в сумрачной стыни,

и только зыбкой волною

плескались в синем кувшине.

Цена

Бледнее губы стали.

Рука твоя легка.

И ночь в моем бокале

колеблется слегка.


Не обнялась с тобою,

не отпила вина.

Вот всё, чего я стою, —

низка моя цена.

Кубинская поэтесса Дульсе Мария Лойнас (1902 - 1997)

 

[Aramis]

Как четко видны на холмах павильоны

Как четко видны на холмах павильоны,
Беседки, кустарники — в зеркале вод!..
А осень давно золотистые кроны
Зеленым деревьям в подарок несет.

Зачем этот феникс на пологе вышит?
Сегодня я занавес свой опущу...
Далеко мой друг... Пусть никто не услышит,
Что я этой ночью — как прежде — грущу.

Нет, — полог узорный у входа откинув,
Я буду бродить, онемев от тоски,
И, брови в раздумье мучительно сдвинув,
Следить, как, сверкая, летят светляки...

О, как я двурогому месяцу рада!
Я рада, что нынче луна не кругла!
Сегодня мне яркого света не надо . —
Я свет полнолунья снести б не могла.

Чжу Шучжэнь (около 1135 — около 1180 гг.)

 

[Aramis]

Предчувствие осени

Дыханье невидимку выдает.
Смотри: по-летнему цветут растенья
И в тягости плодовые сады;
На кронах дремлет тот же небосвод
И в поле то же жаворонка пенье —
Но пахнет осень холодом воды.

Как Пруст искал утраченное время,
Макая в чай крошащийся бисквит, —
Так жаждет недвусмысленности лето,
Так в августовский зной вонзает стремя.
Осенний табор за дымками скрыт,
И конь украден будет до рассвета.

Нас мучит ностальгия: мы даем
Названья чувствам, временам, как будто
Слова «январь», «апрель», «июль», «сентябрь»
Воспоминаньям придадут объем;
Нам хочется зачем-то, почему-то
С их помощью в былое бросить якорь.

Не удержав заржавленную цепь,
Я против воли детство зацепила —
Как сладок дым с картофельной золой
И над костром обуглившийся хлеб!
«Все помнишь? Вызывала? Ворожила?
Я здесь, — дохнула Осень, – я с тобой».

Elizabeth Jennings (1926–2001)
Перевод Ю. Фокиной

 

[Гордон Шамуэй]

Перевод, это всегда лишь отражение.
Иногда точное, иногда не очень.

 

[Aramis]

Да, это так. Поэтому стараюсь делать подборку женской поэзии, которая получила отклик у себя в стране. И задача переводчика донести это впечатление для российского читателя.

 

[Aramis]

Я помню ночь на склоне ноября

Я помню ночь на склоне ноября.
Туман и дождь. При свете фонаря
Ваш нежный лик — сомнительный и странный,
По-диккенсовски — тусклый и туманный,
Знобящий грудь, как зимние моря…
— Ваш нежный лик при свете фонаря.

И ветер дул, и лестница вилась…
От Ваших губ не отрывая глаз,
Полусмеясь, свивая пальцы в узел,
Стояла я, как маленькая Муза,
Невинная — как самый поздний час…
И ветер дул и лестница вилась.

А на меня из-под усталых вежд
Струился сонм сомнительных надежд.
— Затронув губы, взор змеился мимо… —
Так серафим, томимый и хранимый
Таинственною святостью одежд,
Прельщает Мир — из-под усталых вежд.

Сегодня снова диккенсова ночь.
И тоже дождь, и так же не помочь
Ни мне, ни Вам, — и так же хлещут трубы,
И лестница летит… И те же губы…
И тот же шаг, уже спешащий прочь —
Туда — куда-то — в диккенсову ночь.

Марина Цветаева

 

[Aramis]

А завтра осень

А завтра осень – и слава Богу!
Я так устала
искать в потёмках свою дорогу
до пьедестала.
Кружить, метаться и куролесить,
творить и править...
Осталось лето красивой лестью
в альбом на память.

Не надо больше ни слов, ни пауз,
ни кавер-версий.
Пускай уходит царевич Август
в другие веси.
Забыть бы напрочь нарциссью, лисью
его натуру!
Опять я облачный, снежный бисер
метала сдуру.

А мне бы – тайного в небе знака,
как птичий росчерк,
бродить по листьям, с дождями плакать
в притихшей роще.
Пусть шепчет нежно свои присловья
листва резная...
Любовь рифмуется только с кровью –
я точно знаю.

Марина Юрченко Виноградова (2026)