"Теория классовой борьбы" марксизма-ленинизма верна?

[Анти]

Суть теории​

Марксизм-ленинизм утверждает, что двигатель истории — борьба между классами, чьи интересы противоположны из-за разного отношения к средствам производства. Рабовладельцы и рабы, феодалы и крестьяне, буржуазия и пролетариат — каждый конфликт завершается сменой общественно-экономической формации

Где теория работает лучше всего​

Теория классовой борьбы наиболее убедительно описывает переходные эпохи — моменты смены формаций:

• Рабовладельческая → феодальная (Античность → Средневековье): распад рабовладельческого хозяйства, восстания, варварские вторжения.
• Феодальная → капиталистическая (буржуазные революции в Европе): английская, французская революции действительно хорошо описываются через столкновение интересов дворянства и растущего класса буржуазии.
• Капиталистическая → (теоретически) социалистическая: здесь теория переходит из описательной в предсказательную, и именно тут начинаются главные споры.

Где теория вызывает вопросы​

• Древние общества и Азиатский способ производства. Маркс сам выделял «азиатскую формацию» как отдельный случай, где классовая борьба не была главным двигателем (государство как верховный собственник, ирригационные системы, слабая частная собственность). Советская историография пыталась втиснуть Восток в стандартную схему, но это всегда было натяжкой.
• Капитализм XX–XXI веков. Пролетариат в развитых странах не стал революционным классом — он в значительной мере интегрировался в систему через социальные государства, профсоюзы, рост уровня жизни. Появился мощный «средний класс», который Маркс не предвидел.
• Постиндустриальное общество. Знание, информация, технологии как ресурс; классовые границы размыты; значение собственности на средства производства отчасти уступило место доступу к информации и квалификации.
• Национальные и религиозные конфликты. Во второй половине XX века и в XXI веке многие конфликты определяются не классом, а национальностью, религией, этничностью — что Маркс считал вторичным.

В чём теория остаётся полезной​

Даже критики Маркса часто признают:

• Анализ капитала и эксплуатации (прибавочная стоимость, отчуждение труда) остаётся инструментом, которым пользуются и немарксистские экономисты.
• Концепция базы и надстройки (экономические отношения определяют политические и правовые институты) — упрощённая, но работающая модель для многих исторических процессов.
• Идея о том, что конфликты интересов групп — движущая сила изменений — в широком смысле применима не только к классам, но и к любым социальным группам.

Теория классовой борьбы — это модель, а не полный охват реальности. Как любая модель, она выделяет главное и отбрасывает второстепенное. Для своего времени (середина XIX века, промышленная Европа) она была очень сильной объяснительной рамкой. Но реальность оказалась сложнее, чем модель предсказывала.

 

[Анти]

Практический опыт (СССР и др.) породил новые классы и противоречия, которые Маркс не описывал

Главный новый класс — номенклатура​

Самый известный анализ этого явления принадлежит югославскому коммунисту Миловану Джиласу, который в 1957 году написал книгу «Новый класс» [1]. Он сам был членом высшего руководства Югославии и наблюдал процесс изнутри.

Суть: когда частная собственность на средства производства уничтожена, она не исчезает — а передаётся государству. Но государство — это абстракция; реально им управляют конкретные люди: партийные чиновники, руководители предприятий, министерские работники. Они не владеют заводами юридически, но контролируют их: распределяют ресурсы, назначают директоров, принимают решения. Эта монополия на управление и распределение и делает их новым правящим классом — номенклатурой.

Позже Михаил Восленский в книге «Номенклатура» (1980-е) развил эту мысль применительно к СССР, показав, как сложилась система привилегий: спецраспределители, спецбольницы, дачи, закрытые магазины [2].

Какие ещё социальные группы появились​

• Интеллигенция — Маркс считал её частью буржуазии или «прослойкой» между классами. В СССР она стала отдельной стратой со своими интересами: инженеры, учёные, учителя, врачи. Их статус и доходы сильно зависели от государства, но они не контролировали средства производства — и в этом отличались от номенклатуры.
• Колхозное крестьянство — формально коллективные собственники, фактически прикреплённые к земле (до 1974 года у колхозников не было паспортов и свободы перемещения). От городского рабочего колхозник отличался и уровнем дохода, и социальными правами, и доступом к благам.
• Рабочий класс — официально «гегемон» и правящий класс, на практике лишённый реального контроля над производством. Директор завода и рядовой рабочий формально были в одном классе, но их власть и доступ к ресурсам несопоставимы.
• Теневая экономика — цеховики, фарцовщики, «толкачи» (снабженцы, достававшие дефицитные материалы). Это была полулегальная буржуазия, которая существовала именно потому, что плановая экономика не могла обеспечить всё.

 

[Анти]

Маркс описывал классы через отношение к собственности. В СССР формально собственности у частных лиц не было. Но Джилас и другие критики показали, что контроль над собственностью — это функциональный эквивалент собственности. Если группа монопольно распоряжается общественным достоянием и извлекает из этого привилегии, она выполняет роль класса-эксплуататора, даже если не имеет юридических прав на собственность.

Это, кстати, один из аргументов, почему постсоветская приватизация прошла так гладко: номенклатуре было достаточно перевести свой контрольный статус в юридическую собственность — и новый класс превратился в классический капиталистический.

Гениальный Ленин попытался выгнать капитализм в двери, а он зашел в окно.

 

[Анти]

"Коммунистическая революция, совершавшаяся во имя уничтожения классов, привела к неограниченному господству одного — нового класса." Джилас.

Этот класс ничем не ограничен: нет оппонентов (другие партии запрещены), нет конкурентов (вся собственность национализирована), нет независимого суда. «Над коммунистами, кроме них самих, ни правителей, ни хозяев
Джилас.