Истории из жизней замечательных людей

[Mak]

 

[Mak]

 

[Malabarka]

"Рэволюционэрки" понапрасну. Как евробабы евромайданов были хороши, но не принесли ничего путного. Владимир Скачко​

Накануне Международного женского дня 8 Марта не лишне, как мне кажется, вспомнить женщин, которые добавили к своей прекрасной Богом данной воздушной сущности, перед которой нужно просто преклоняться, нечто земное, чем можно еще и восхищаться.

Понятно же, что нет более неблагодарного занятия, чем сравнивать одних женщин с другими. И те, кого "отбраковали" в пользу других, тебе этого не простят, и те, кому отдали пальму первенства, особо не отблагодарят. Первым плохо, вторым хорошо, но это два пограничных состояния, в которых женщины непредсказуемы. И такого могут наворотить…

А 8 Марта – день, рожденный стремлением женщин добиться равенства с мужчинами путем революции. Или хотя бы активного женского неповиновения. Причем женщины к любым революциям пристегивали борьбу за свои права, потому что нередко были в этих революциях заводилами и вдохновительницами. Сравним французских и украинских.

Если отбросить всяких там Клеопатр и Жанн д’Арк, которые по-разному в одиночку вертели мужскими массами, как хотели, но все же не были явлениями, типичными для повседневности, то впервые массово, можно даже сказать, ординарно на арену истории женщины вышли в конце XVIII века. Во времена Великой французской буржуазной революции.

Лет за 100 до 8 марта именно женщины 5 октября 1789 года отправились в поход на Версаль с требованиями к королю умерить свои аппетиты и поделиться властью с народом. После этого и французские мужики совсем раздухарились, осмелели и обнаглели так, что, в конце концов, свергли короля и казнили его вместе с супругой. А потом "изобрели" себе Наполеона Бонапарта с его маршалами и гоняли всех остальных европейцев по полям и буеракам до изнеможения. Пока на русских не напоролись и не обломались.

Но не об этом речь, а о женщинах. В том далеком октябре 1789 года женщин на Версаль вела Анна-Жозефа Тервань, более известная, как Теруань де Мерикур. Интереснейшая во всех отношениях женщина, скажу вам. Родилась в нищете в деревне, перепробовала массу занятий – от прислужницы в доме до постельных кувырканий с любовниками-содержателями, пения в кабаках и ассистирования певцу-кастрату Джакомо Давиду.


Теруань де Мерикур
Солидно поиздержавшись и узнав о революции в родной стране, Теруань эта самая вернулась из Италии во Францию и уже не сдерживала себя. Вооруженная саблей и пистолетом, она повела женщин на Версаль, а те, совсем позабыв стыд и приличия, по словам очевидцев, по пути к королю задирали мужиков тем, что поднимали юбки и не только показывали то, что под ними, но и оголяли груди. Эффект, повторяю, был достигнут, а Теруань де Мерикур немедленно стала очень влиятельным фактором тогдашней политики.

А как ее любили женщины! Дошло как-то раз до того, что перелицованная под Теруань Анна-Жозефа указала на журналиста, который назвал ее, пардон, бл…ю, и разъяренная толпа революционных фурий растерзала беднягу-бумагомараку в клочья. То есть до смерти.

Потом, правда, суперякобински настроенные бабы же и скинули Теруань с революционного "трона". Как-то они отловили "предательницу", раздели донага и жестоко выпороли принародно. После этого Теруань вспомнила, что она – Анна-Жозефа, тихо сошла с ума и прожила в таком благостном состоянии в дурдоме аж до 1817 года, пережив и многих своих революционных товарок, и контрреволюционерок. Спас же ее от расправы некто Жан-Поль Марат, который на полном серьезе считал себя "Другом народа", писал всякие зажигательные спичи и толкал обезумевшие толпы на всякие непотребства вплоть до казни королевской семьи.

Но при этом Жан-Поль этот страдал от всяческих экзем и чесоток и потому подолгу валялся в ванной. Там его и нашла некая Шарлотта Корде и зарезала кинжалом, как зазевавшегося петуха некогда потрошила в деревне ее антипод Анна-Жозефа, она же Теруань, когда работала не селе.

Шарлотта эта тоже была интересной особой, выплеснутой на поверхность жизни все той же революцией. Но только с другими целями. Если такие, как Теруань, валили власть, потому что, согласно будущему гимну трудящихся, из "ничего и никого" хотели стать "всем", то Шарлотте такие метаморфозы нужны были, как зайцу стоп-сигнал. У нее, правнучки известного французского драматурга Пьера Корнеля, дворянки-аристократки и так все было. Но было еще и пылкое сердце и высокие духовные убеждения и душевные страдания. Она решила отомстить за смерть короля и зарезала Марата.

За это ее, разумеется, отправили на гильотину, что она восприняла это мужественно, как заслуженную кару. И ни в чем не раскаивалась. Более того – потрясла своим мужеством всех палачей, включая их предводителя, потомственного отсекателя голов и тем знаменитого Шарля Анри Сансона, который лихо и поочередно срубил бошки им всем. И правым, и виноватым, революционерам и контрреволюционерам.

Когда на ревтрибунале Шарлотту постановили казнить в красной рубашке (так тогда типа позорно отмечали убийц перед смертью), она надела это последнее свое рубище легко, сказав при этом: "Одежда смерти, в которой идут в бессмертие". А потом спокойно, стоя, проехалась в телеге по Парижу до площади Революции (сейчас площадь Согласия), где её казнили, а на месте попросила Сансона отойти и дать ей пять минут, чтобы рассмотреть гильотину, потому что раньше она видела это революционное орудие смерти лишь издали или на картинках.

Палачи, повторяю, были потрясены ее мужеством. Один идиот даже схватил отрубленную голову девушки и публично дал ей пощечину. И тогда толпа попросила, кажется, выпороть его, что палачи с радостью и сделали. А сам Сансон в газете оправдывался: мол, я только отрубил ей голову, а по щекам не хлестал и нечего не меня собак невежливости к дамам вешать.

А один из присяжных Революционного трибунала, оборотень и, судя по всему, сволочь и дрянь-человечишко, Леруа, в прошлой дореволюционной жизни маркиз де Монфлабер, все сокрушался, что и другие осужденные, подражая Шарлотте Корде, демонстрируют на эшафоте свое мужество. "Я бы приказал перед казнью делать кровопускание каждому осужденному, чтобы лишить их сил вести себя достойно", – предлагал этот му… пардон, мужчина.

Короче, веселое было время, и неслабые люди жили в нем. А женщины – так тем более. Особенно освобожденные революцией. И все, почти все они, пересыпанные гашеной известью, нашли свой последний приют в безымянных ямах на уничтоженном сегодня кладбище Мадлен в Париже.

Вот знаменитая революционерка Манон-Жанна Ролан, которая водила людей на баррикады речами в своем салоне и свято верила, что революция изменит мир. А посему, даже когда ее казнили на гильотине, она вскричала: "Какие преступления совершаются во имя свободы!", а палачи передали потом миру ее "Мемуары", которые до сих пор интересуют любознательных – как свидетельство тех страшных лет.

Вот Олимпия де Гуж, автор "Декларации прав женщины и гражданки", яркая и желчно-зажигательная памфлетистка революции. Находясь в тюрьме, она тоже с помощью друзей опубликовала свои последние работы: "Олимпия де Гуж перед революционным трибуналом" и "Преследование патриотки", в которых рассказала о подробностях процесса над нею и осудила террор. Смерть она встретила мужественно, бросив напоследок палачам: "Сыны отечества отомстят за мою смерть".

Вот Люсиль Демулен и Франсуаза Эбер – жены казненных революционеров, при жизни ярых и непримиримых оппонентов Камилла Демулена и Жака-Рене Эбера. Обе барышни смело пошли в революцию и во всем помогали своим неистовым мужьям, не только вдохновляя их на свершения. После того, как казнили супругов, оставшимся в живых революционерам показалось этого мало. Они обвинили их жен в заговоре и повезли их на гильотину. А спустя день газета "Политические и иностранные новости" написала: "…Вдова Эбера и вдова Камилла Демулена, изысканно одетые и сохранявшие хладнокровие, разговаривали меж собой… взошли на эшафот первыми, они обнялись, прежде чем умереть"…

Они красивыми остались в памяти народной
И именно поэтому я не буду сравнивать с этими женщинами украинских так называемых "рэволюционэрок". Ей-Богу, даже неловко как-то. Даже в отношении самой знаменитой из них – Юлии Тимошенко, которая реально пострадала за свое участие в "революции": была неоднократно попользована и предана своим соратниками-мужиками, сидела в тюрьме, каталась по революциям на инвалидном кресле-каталке...

Тоже ведь заметная фигура. Прошла нелегкий путь от бедной и униженной еврейской девочки, которую в детстве страшно чмырили советские нищета и безотцовщина, пламенной комсомолки, продавщицы порнухи в парковом видеосалоне, "газовой принцессы" и "дамочки стоимостью 10 миллиардов долларов" до "мотора Майдана", "украинской берегини", "нашей Кыци" и "Воны", которая, "працюючы" (то есть работая), делала если не все, то многое.

А вот, как говорят тинэйджеры, не вставляет. Потому что сидела-то наша "рэволюционэрка" за то, что брала не по чину, заставляла подчиненных подписывать всякие бумажки, которые финансово поставили родную страну на колени, зато лично ей сулили президентство. Но не сложилось…

Была у Тимошенко, правда, и ее подлинно народная "альтер эго", народный двойник по харизме и воздействию на массы, но тоже во славу собственного кармана – пресловутая баба Параска Королюк. Но она, Царство ей небесное, уже отошла в лучший из миров, обозвав напоследок всех "евреями" и так до конца не благоустроив свое село.

Бабу Параску с французскими революционерками роднит еще, может быть, то, как коварно с ней обошлись вожди революции. "Мессия", майдаун-революционер Виктор Ющенко навесил на впалую бабушкину грудь какую-то медальку, а потом приказал своей охране не подпускать ее к себе на пушечный выстрел. Один из этих охранников-коновалов и стукнул старушку в орденоносную грудь так, что она захирела, слегла и умерла.


Что деньги, Сеня, мусор – тебе вышак корячится…
А "мотор Майдана", "наша Юля" и пальцем не пошевелила, чтобы спасти бабушку. Она, Юля в смысле, расхаживала в антигриппозной маске и имитировала личную разгрузку просроченных медикаментов, которыми собиралась накормить население, запуганное свиным или птичьим (не помню уже) гриппом, но обязанное сделать Тимошенко президентом.

Когда "наша Юля" сидела, оставались на свободе еще Ирина Фарион, Ирина Геращенко, Александра Кужель по одну сторону – оранжевую" – баррикад, И по другую – бело-синюю – Инна Богословская. Они по-разному боролись за что-то, но и у них нечего не получилось. В лучшем случае – припасть к кормушке и немного пососать оттуда. Что насосали, то и их!

А знаете, почему у них ничего не получилось, а Ирину Фарион даже пристрелили, как собаку, на улицах родного Львова?

Потому что, во-первых, никаких революций в Украине как не было, так и сейчас нет и не предвидятся. Так, политический троллинг и фейковые телодвижения на обгаженном нечистотами майдане. Бунт миллионеров против миллиардеров, чтобы самим себе мошну набить, пользуясь полученной властью и продавая, я бы даже сказал, "загоняя" родную страну оптом и в розницу всем, кто платит.

Во-вторых, все эти дамочки без исключения переслужили всем. Но не богам, а политическим хозяевам, которых они продали и перепродали, предали и перепредали по несколько раз. Начиная от лысого Владимира Ильича Ленина, вождя коммунистов и лучшего друга комсомольцев, которого поимели все в юности, как говорила убитая Фарион, "ради карьерной и научной надобности", до прыщавого Ющенко и вполне волосатого Виктора Януковича. Не говоря уже о шоколадно-пузатом Петре Порошенко* и тщедушно-наркотическом недомерке Владимире Зеленском.


Две революционерки-суфражистки по-украински
Не пойдут эти "девочки" на эшафот ни за какие коврижки. Они за эти коврижки найдут себе нового "хозяина" и с ним разделят не так славу, как место у корыта и кормушки. И что самое противное – как подбирали их прежние и сейчас лелеют нынешние, так их услугами воспользуются и новые будущие вожди. Посмотрите, например, на упомянутую выше Геращенко, проследите ее политический путь наверх, и никаких дополнительных доказательств, согласитесь, не нужно. Этого только Виталий Кличко не понимает. Но ему простительно – нечем понимать…

А Кужель? А Богословская? Одна из них боготворила "нашу Юлю", другая – "лизала" Януковича. Но раньше они по-разному увлекались Ющенко. А потом нынешняя юлеботка Кужель призывала Януковича "прийти и навести порядок". А "регионалка" Богословская и видеть не хотела Януковича президентом, а потом ему верно служила и толкала в "Эв-уропу". Флюгерность чистой воды, блестящее умение вертеться вокруг своей оси.

А сейчас Украина в руках неонацистского чудища, а женщины наши одни еще служат и хотят всплыть (Тимошенко, Геращенко), других уж нет, а те далече (Кужель, Богословская еще где-то топчут ряст по-стариковски, а Фарион рассказывает чертям, как с Лениным в башке и во сне сидела комсомолкой на коленях у Стефана Бандера-Попеля (сопля по-немецки) и мечтала, как поборет "русню и Путина".

…И, как говорится, лишних слов не нужно. Многим взгрустнётся и по стране, и по женщинам, которые кому-то могли украсить жизнь, но не украсили. И даже "Да здравствует Майдан!" им уже кричать не хочется. Майдан – как скопище уродов, которым нужен выход и толчок наверх, и торжище тех, кто хоть что-то кому-то хочет и старается окончательно продать – душу, совесть, годы, красоту. А еще – надежду, что может быть, когда он, Майдан, победит, то на него мочиться и топтать ногами не будут такие вот фурии-"рэволюционэркы" и их "рэволюционэры"-утырки…

…А весна и женский праздник все равно придут…

*Внесен в РФ в список экстремистов и террористов

Владимир Скачко